Тематические сайты, по благословению епископа Новокузнецкого и Таштагольского Владимира:

Исповедь и Причастие.РУ    Соборование.РФ    Молитва.РФ     Война со страстями.РФ    Смерть поминовение.РФ    Епархия НВК


Иерей Вадим (Коржевский). «Беседа о молитве» из книги «Пути спасения христианина»

Иерей Вадим (Коржевский)

Поистине великий путь покаяния человек имеет в милостыне, которая может освободить его от множества грехов, но есть еще один, по выражению св. Иоанна Златоуста, весьма удобный путь, через который также можно освободиться от грехов: «Молись каждый час, не изнемогай в молитве, и неленостно умоляй человеколюбие Божие, а Бог не отвратится от постоянно молящегося, но простит тебе грехи твои и исполнит прошения твои»[1].

Убеждаемые святоотеческой аргументацией, мы не можем не обратить внимания на эту добродетель и не заняться изучением условий ее приобретения. Удобство предлагаемого пути в том, что молиться можно в любом состоянии, в любое время и в любом месте. Для этого не нужно имущество, не нужны посредники, не требуется ничего, кроме правильного возношения ума нашего к Богу. Как емко и убедительно определяет этот путь св. Игнатий Брянчанинов: «Научись молиться Богу правильно. Научившись молиться правильно, молись постоянно, – и удобно наследуешь спасение»[2]. Все, что здесь требуется – это научиться правильно молиться, ибо «от желающих приступить к Царю царей Он требует благоугодных Ему образа мыслей и сердечного настроения, того образа мыслей и того сердечного настроения, при посредстве которых приблизились к Нему и благоугодили Ему все праведники Ветхого и Нового Заветов. Без этого образа мыслей и сердечного настроения доступ невозможен, попытки и усилия к доступу тщетны»[3].

Сознавая необходимость этого, апостолы как-то попросили Господа научить их правильно молиться. Исполняя их просьбу, Он дал образец молитвословия к Богу, в котором прямо указал на то, что нужно просить в молитве и как нужно этого просить. «Когда молитесь, говорите: Отче наш, иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого» (Лк.11:2–4).

Из этой Господней молитвы видно, что основанием ее является вера в Создателя своего, Который, будучи Отцом, готов исполнить любую просьбу любимого чада Своего. Как говорит св. Иоанн Кронштадтский: «Нужно такое настроение веры иметь во время молитвы, чтобы и на одну минуту не было в сердце тайного сомнения или тайной мысли, будто Бог нас не слушает, но чтобы во все продолжение молитвы душа представляла себе Бога пред собою и беседовала с Ним, как с Царем[4]. Когда молишься, помни всегда, что ты беседуешь с Богом, Отцом щедрот и всякого утешения, неизменяемым, не утомляющимся нашими прошениями, и Который всегда бесконечно благ, премудр, всесилен, Коему по бесконечной благости, премудрости и всемогуществу так всегда удобно исполнять твои прошения, как тебе легко помыслить об них и искренно пожелать их, как легко выговаривать слова прошений, и даже бесконечно легче»[5].

Очень важно во время молитвы не иметь сомнения, потому что сердце сомневающихся не может получить за свои сомнения от Бога какого-либо дара. Это прямое неверие в Бога и Богу. «Во-первых, – объясняет св. Иоанн, – я прошу у Бога существующего, а не воображаемого только, не мечтательного, не фантастического блага, а все существующее – от Бога получило бытие, потому что «без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин.1:3), и, значит, ничто и не бывает без Него, что бывает, а все или от Него получило бытие, или по Его воле или допущению бывает и делается при посредстве данных от Него тварям Его сил и способностей, – и во всем сущем и бывающем Господь полновластный Владыка. Кроме того, Он «нарицает и не сущая, яко сущая» (Рим.4:17); значит, если бы я просил и не сущего, Он мог бы мне дать, сотворив его. И второе – я прошу возможного, а для Бога и наше невозможное – возможно; значит, и с этой стороны нет препятствия, потому что Бог может сделать для меня даже то, что по моим понятиям невозможно»[6]. Таким образом, как говаривал еще преп. Иоанн Лествичник, «вера воскрыляет молитву; и без веры молитва не может возлететь на небо»[7], и «верующий не тот, кто думает, что Богу все возможно, но кто верует, что получит от Него все, что просит»[8]. Так что «просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам!» (Мф.7:7)

Но что просить? О чем молиться? Часто мы не знаем о чем должно молиться и неразумно просим того, что может послужить только ко вреду. А «какой из вас отец, когда сын попросит у него хлеба, подаст ему камень? Или, когда попросит рыбы, подаст ему змею вместо рыбы? Или, если попросит яйца, подаст ему скорпиона? Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец Небесный даст благо просящим у Него» (Лк.11:11–13). Этим в большинстве случаев и объясняется факт неисполнения Богом наших прошений. Потому что они, по слову св. Феофана Затворника, «нередко походят на прошение змии и камня. Нам кажется, что то хлеб и рыба, чего просим, а Отец Небесный видит, что просимое будет для нас камень или змея – и не дает просимого»[9].

В молитве Господней указано, о каких нуждах следует молиться и в какой мере. Если просить вещей материального свойства, то только необходимых. Как говорил преп. Серафим Саровский, что если христианин попросит чего-либо без крайней нужды, то Господь хотя и не откажет ему в этом ради веры во Христа, «однако взыщет с него, зачем он тревожил Его, Бога, без особой нужды, просил у Него того, без чего мог бы обойтись»[10]. Молиться о материальном благополучии, здоровье или чести людской – это все равно, что просить, как выражаются Отцы, гноя для себя. Св. Исаак Сирин предупреждает: «Не будь несмыслен в прошениях своих, чтобы не оскорбить тебе Бога малостию своего ведения»[11]. Просящий у Царя царей чего-нибудь ничтожного, уничижает Его. Поэтому не требуй обязательного исполнения прошения твоего, не зная точно, полезно оно для тебя или нет. Присмотрись, бывает Господь удовлетворяет наши прошения, заменяя их на полезное. Уместнее всего нам просить об оставлении грехов (долгов) наших и искать согласования нашей воли с волей Божией. А Господь обычно дает большее тому, кто просит у Него по смирению своему меньшего. Об истинности этого положения свидетельствует хотя бы тот разбойник, который просил только помянуть его во Царствии, а Господь его туда вселил (Лк.23:42). Итак, «ищите прежде Царства Небесного, а все остальное приложится» (Лк.12:31).

Но где его искать? Там где Царь его, «иже еси на небесех». Туда надо возносить мысль свою, отрывая ее от земного. Сущность молитвы и заключается в возношении ума и сердца к Богу. Ими и надобно стучать во врата Царства Небесного. Только им отворят их. Но как стучать, чтобы достучаться, ведь врата, в которые следует стучать, невещественны, да и привратник имеет особый слух? Чтобы молитва была услышана Богом, следует, во-первых, ее слышать самому. Странным будет то желание, чтобы Бог услышал тогда, когда сам себя не слышишь. Для этого молитву должно творить со вниманием. Помогает этому произношение слов молитвенных вслух. Пример такой молитвы дал нам сам Господь. По окончании вечери, Он с учениками, воспев, отправился в Гефсиманский сад. Также Он во всеуслышание молился, когда воскрешал Лазаря. Св. апостол Павел со своим спутником Силой, когда были заключены в темницу, «воспевали ночью и молились, а прочие узники им внимали» (Деян.16:25). Польза от устной молитвы столь велика, что Церковь приняла для возбуждения молитвенного духа разные песнопения, тропари, кондаки, каноны, акафисты, чтобы мы привлекаемые псалмопением и его сладостью свой ум обращали к словам молитвы. Апостол назвал устную молитву «плодом устен» (Евр.13:15) и завещал ее приносить в жертву Богу, но вместе с этим не забывать воспевать и молиться в сердцах своих со вниманием, иначе это будет лишь биением воздуха.

Внимание – душа молитвы. Оно, по слову св. Симеона Нового Богослова, «должно быть связуемо и неразлучно с молитвою, как связано и неразлучно тело с душею»[12]. Как тело без души умирает, так и молитва без внимания обращается в пустословие и умирает. «При внимании молитва составляет неотъемлемую собственность молящегося, – говорит св. Игнатий Брянчанинов, – а при отсутствии внимания она чужда молящемуся»[13]. Когда человек помолится с рассеянностью, то он однозначно ощутит в себе опустошенность и сухость. Если в этом проявить постоянство, то легко можно усвоить себе состояние пустоты и сухости, из которого родится холодность к Богу, состояние уныния, помрачение ума, ослабление веры и мертвость духовной жизни.

Другим качеством молитвы является благоговение. «Проклят, кто дело Господне делает небрежно» (Иер.48:10). Проклятие проявляется на молитве в том, что человек остается бесплодным, безуспешным, несмотря на то, что регулярно посещает богослужение и молится дома. От небрежного исполнения молитв он никогда не получит никакого плода.

Еще одно важное качество – это чувство сердечное. Человек должен сочувствовать молитве. О молящихся без чувств Господь говорил: «Приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня» (Мф.15:8). Бог хочет нашего сердца, и кто не молится сердцем, тот вовсе не молится. Если он молится устами, то в таком случае молится тело его, которое само по себе без души то же, что и земля; если молится умом, стараясь сохранить внимание, то ничего не добивается, потому что умственный процесс есть процесс образный, а так как рассудку нет возможности избавиться от образов, то значит нет возможности избавиться и от рассеянности. Безобразным может быть только сердце, и молящийся только тогда сможет избавиться от рассеянности, когда начнет молиться сердцем. Когда у св. Феофана Затворника спрашивали, как он молится, он отвечал: «Всячески стараюсь в час молитвы быть в том убеждении, что Бог вездесущий есть и тут, где мое сознание, и что Он видит и слышит не слово только, – произносимое или нет, – но и всякое движение мысли, и особенно чувство. Образа же всякаго избегаю, как это ни трудно. Когда приходит молитва с чувством, тогда никакого труда нет держать безобразность молитвы»[14]. Таким образом, весь процесс молитвы сводится к тому, чтобы возбудить в себе чувства, которые производит молитва.

Наиболее свойственно для падшего человека иметь чувство покаяния и сокрушения о язвах своих. А когда будет боль от греха, наподобие зубной боли, естественно все мысли сосредотачиваются на том, чтобы поскорей избавиться от этой боли и нет при этом других, посторонних мыслей. Считается, что чувство покаяния и сокрушения, есть критерий правильности молитвы. «Без покаянных чувств, – говорит тот же св. Феофан, – молитва не в молитву. Так и пишите ее как не бывшую. Молитва без сих чувств то же, что выкидыш мертвый. Так у святых отцов. А слезы – раздувайте… Приучитесь голосить над собой, как над мертвым – и с причетами»[15]. «Блаженны нищие духом, т.е. молящиеся при глубоком осознании нищеты своей, яко тех есть Царство Небесное» (Мф.5:3). И «хотя бы ты взошел на всю лествицу добродетелей, однако и тогда молись о прощении грехов», – говорит преп. Иоанн Лествичник[16]. Некто, когда приступал к молитвословию, задавал себе такой вопрос: «Ты идешь пенсию получать или милостыню просить»? А ведь прошение отличается от требования.

Но чтобы во время молитвы всегда иметь такой настрой надо предварительно этот настрой искусственно вызвать. Поэтому святой Феофан Затворник заповедует не приступать к молитвословию без должного приготовления «Не вдруг, – говорит он, – становитесь на молитву после домашних хлопот, разговоров и беганий, а немного подготовляйтесь к ней, стараясь наперед собрать мысли свои и направить их к достодолжному предстоянию пред Богом»[17]. Что для этого нужно делать? «Возбудите в себе чувство нужды в молитве, и именно в сей час, ибо другого, может быть, и не будет. Не забывайте также восстановлять сознание своих духовных нужд и ближе всего настоящей Вашей нужды: устроения мыслей в молитве с желанием найти им удовлетворение, и именно в Боге. Когда будет на сердце сознание и чувство таких нужд, тогда само сердце не даст Вам отбегать мыслями на другое, а будет заставлять Вас умолять Господа о них»[18]. С другой стороны, так как в человеке расположение сердца наиболее сообразуется с положением его наружности, то нельзя игнорировать и внешнего положения тела. Именно поэтому святая Церковь предписывает самое благоговейное положение телу. «Стой на молитве твоей пред невидимым Богом, как бы ты видел Его, и с уверенностью, что Он видит тебя, внимательно смотрит на тебя, стой перед невидимым Богом, как стоит уголовный преступник, уличенный в бесчисленных злодеяниях, приговоренный к казни, пред грозным, нелицеприятным Судией»[19], – наставляет св. Игнатий Брянчанинов. Наружное благоговейное предстояние на молитве весьма нужно и весьма полезно для всякого подвизающегося в подвиге молитвы, особенно для новоначальных. Еще святыми Отцами ставится условие, чтобы молитву творить неспешно. Кому-то св. Феофан Затворник пишет: «Беспокоит совесть вашу поспешное совершение молитвословий… И праведно. Зачем врага слушаете? Это враг гонит вас… скорей, поскорей… От этого вы и никакого плода от молитвы не ощущаете… Но положите себе законом не спешить… Враг внушает: то надо и другое надо, а вы ответьте: без тебя знаю, поди прочь… Посмотрите, как пойдет молитва… А то у вас молитвословие только есть, а молитвы нет. Питает же душу одна молитва»[20]. Читать молитвы требуется неспешно, очень неспешно, даже протяжно, стремясь к тому, чтобы не просто прочитать, но прочитать со вниманием.

Как правило, начинающим духовную жизнь нет возможности молиться без рассеяния и Святая Церковь в помощь таковым установила молитвенное правило, цель которого доставить для неопытной души необходимое количество правильных мыслей и правильных чувств. Душа необученная духовной жизни не может идти правильным путем молитвы; она постоянно совращается то в мечтательность, то в рассеянность, то в неправильные чувства. Святая Церковь, желая помочь начинающему молитвеннику, собрала молитвы святых, которые изложили свое сердечное движение к Богу в словах и оставили в помощь начинающим духовную жизнь. Как в книгах содержится дух писателя, так и в молитвах содержится молитвенный дух того человека, который их составил. Поэтому, когда со вниманием и усердием мы читаем молитвы святых, то в силу закона взаимодействия воспринимаем тот молитвенный настрой, который в них заключен. Но при этом надо помнить, что молитва без умного сердечного обращения это не молитва. Поэтому, как советует где-то св. Феофан Затворник, новоначальный пусть совершает свои молитвы по молитвослову, всячески стараясь, чтобы со словами шли мысли и чувства. Таким способом он приучится к молитвенным оборотам речи, а потом и сам своими словами станет совершать молитву, когда она подвигнется от сердца. Совсем же без молитвенника оставлять новоначального нельзя.

Необходимо избрать определенное молитвенное правило на каждый день. Сначала такое правило должно быть небольшим для того, чтобы можно было немощному духу как должно помолиться. Св. Игнатий Брянчанинов, например, дает такое правило желающему начать духовную жизнь: 20 земных поклонов с молитвой Иисусовой, 20 поясных с той же молитвой, 10 земных с молитвой Пресвятой Богородице, 10 поясных с той же молитвой, 5 поясных с молитвой: «Ангеле Божий Хранителю мой святый, моли Бога о мне грешном» и 5 поясных с молитвой: «Все святые молите Бога о мне грешном». Итого, 70 поклонов, из которых 30 земных и 40 поясных[21]. При этом требуется, чтобы это небольшое правило было выполняемо неопустительно. После чего читаются утренние молитвы и помянник, а также две-три главы Евангелия. Если будет возможность и желание, это молитвословие можно повторять и днем. Вообще же новоначальным нужно заниматься молитвой понемногу, но часто, чтобы сохранить вкус и не произвести в уме утомление, от которого происходит обычно оставление молитвы.

Подобное молитвенное правило дает и св. Феофан Затворник: «Кладите пред началом молитвословия утренняго и вечерняго по 50 поклонов поясных, малых и 5 земных, на большом узле – большой поклон по четкам. То же и в конце правила. При поклонах – маленькие молитовки… Главная Иисусова. Потом Божией Матери, своей Святой и другим чтимым. Сколько на каждое лицо поклонов – назначьте сами, чтобы в совокупности вышло 50… Примерно – Спасителю 30, Божией Матери 15, другим святым 5»[22]. Можно и иначе: «Предлагаю вам – коротенькую молитву творить не одну, а набрать их несколько, и потом употреблять утром и вечером и на дню иной раз. На первом месте поставьте: Иисусову молитву, затем 24 молитовки св. Златоуста (в молитвах на сон), далее: помилуй мя Боже – до – воздаждь ми радость спасения и проч. Если будет охота, выбирайте из псалмов молитвенные и покаянные воззвания… Все сие заучите с разумением смысла и чувством и потом употребляйте, ими одними ограничивая свое молитвенное правило. Утром прочитайте начальные до: От сна восстав… и начинайте возглашать коротенькие молитвы. Вечером прочитайте Боже вечный… и опять молитовки… Заключайте свое молитвословие воззваниями к Господу о своих настоящих потребах внутренних и внешних»[23]. При этом он обещает, что такое правило с краткими молитвами, если совершать их с чувством, поможет избавиться от рассеянности, ибо «все будет подавать новую молитвенную мысль и поддерживать внимание… А если и это не поможет, будет значит, что вы совсем не хотите спасать душу и ни на что не хотите понудить душу свою. Царство же Божие получают только нудящие себя»[24].

Впрочем, заметим, что стояния перед иконами, совершение поклонов, повторение кратких молитв не составляют еще молитву, это только орудия молитвы или способы ее обнаружения и возбуждения. Сама же молитва есть возникновение в сердце нашем одного за другим благоговейных чувств к Богу – чувств самоуничижения, преданности, благодарения, славословия, прошения, сокрушения, покорности воле Божией. Вся забота должна быть о том, чтобы во время молитвы эти чувства наполняли душу, сменяя одно другим так, чтобы сердце не оставалось пустым.

Научившись молиться, можно будет оставить чтение тех или иных молитв, заменив их на свои собственные, ибо когда человек плохо знает язык, ему приходится пользоваться разговорником, постоянно заглядывая в него и изучая язык, а когда он хорошо научится говорить, тогда ему разговорник уже не нужен. Поэтому преуспевшие в молитвословии оставляют свои правила, заменяя их на одно правило – непрестанно молиться. Правило – это лишь средство для непрестанной молитвы. Следовательно, молитвенное правило не неизменно и может быть изменяемо и во времени, и в длительности, и в составе. Господь сказал, что «суббота для человека, а не человек для субботы» (Мк.2:27). На основании этого можно сказать, что и молитвенное правило для человека, а не человек для правила. Ведь оно должно способствовать достижению духовного преуспеяния, а не служить неудобоносимым бременем, сокрушающим телесные силы и смущающим душу. Поэтому преп. Матой любил говаривать: «Предпочитаю правило легкое, но постоянно совершаемое, правилу трудному в начале, но скоро потом оставляемому»[25]. Как правило, такую участь терпят все молитвенные правила, несоразмерные силам человеческим. Первое время это правило исполняется, но затем исполняющий его доходит до такого состояния, когда не в силах его исполнить, потому что ревность душевная, которая влекла его на это исполнение, иссякает. В результате чего можно оставить всякое правило и сделаться неспособным даже для исполнения малого правила. А по оставлении правила, даже при сокращении его, что случается? Ответим словами св. Игнатия Брянчанинова: «Непременно нападает на подвижника смущение. От смущения он начинает чувствовать душевное расстройство. От расстройства рождается уныние. Усилившись, оно производит расслабление и исступление, а от действия их безрассудный подвижник предается праздной, рассеянной жизни, с равнодушием впадает в самые грубые согрешения»[26].

Чего же требуется достигнуть правилом? – Неотходного чувства к Богу, которым свидетельствуется то, что сердце зажглось любовью к Богу. Поэтому, как говорит св. Феофан: «Никогда не вяжите себя правилом, не думайте, что есть что-либо ценное в том, что имеете такое правило или всегда его совершаете. Вся цена в сердечном перед Богом припадании. Вон святые пишут, что если кто от молитвы не отходит осужденником, достойным всякой кары от Господа, то такой отходит от нее фарисеем. Когда дела не позволяют вполне совершать молитвенное правило, то совершайте его сокращенно, а спешить никогда не должно. Бог всюду есть. Скажите Ему утром благодарение, спросите благословения своими словами, несколько поклонов и довольно! К Богу никогда не обращайтесь кое-как, а всегда с великим благоговением. Не нужны Ему ни наши поклоны, ни наши многословные молитвы Вопль из сердца краткий и сильный – вот что доходно»[27]. Тут должно руководить благоразумие. «Когда, где, сколько стоять на молитве, и какия употреблять молитвы… всякий может определять по своим обстоятельствам, увеличать, умалять, передвигать время и место… все направлять к тому, чтобы внутренняя молитва совершаема была как следует. Относительно же внутренней молитвы одно правило: непрестанно молиться. Что значит непрестанно молиться? Быть непрестанно в молитвенном настроении. Молитвенное настроение есть мысль о Боге и чувство к Богу совместно. Вот об этих двух – о мысли и чувстве к Богу всю заботу и иметь надо. Утреннее молитвословие на то и назначается, чтобы водрузить в сознании и сердце сии две вещи. И с ними потом выходить на дело свое и на делание»[28].

Ну а для того, чтобы хорошо помолиться, по совету афонского старца Никодима Святогорца, должно сначала все молитвы, которые содержатся в правиле, заранее прочитать и прочувствовать. «Потрудись, обдумав и прочувствовав молитвы, заучить их на память. Сделав это, ты будешь молитвы носить в себе. Пока они в молитвеннике, они вне тебя; а когда заучишь их, они станут внутрь тебя, и ты, в каких бы обстоятельствах ни находился, всегда будешь иметь с собой молитвенник свой. К тому же, заучивая молитвы, ты глубже напечатлеешь в себе мысли и чувства молитвенные, нежели как просто только обсудив их и обчувствовав. От такого изучения в тебе образуется молитвенный строй, если будешь не слова только заучивать, но и в мыслях тех и чувствах быть, которые содержатся в молитве. А это наилучший путь к успеху в навыке достодолжной молитвы»[29].

Как видно, настоящая молитва требует труда.

– Какая добродетель в подвижничестве труднее других? – спросили авву Агафона.

Он ответил:

– Простите меня, я думаю, нет большего труда, как молиться Богу[30].

Кроме всего прочего, трудность еще в том, что падшие духи постоянно стараются отвлечь молящегося от его молитвы, завидуя ему. Они, по слову преп. Антония Великого, «терзаются завистью к нам и не перестают приводить в движение все злое, чтобы мы не наследовали прежних престолов их на небе»[31]. Они устраивают всевозможные козни, чтобы воспрепятствовать молитве. Какие это козни? Часто, когда человек собирается молиться, у него вдруг возникают неотложные дела, мысль о которых услужливо подкидывается ими. Если же им не удалось таким способом отвлечь от молитвы, тогда они стараются хотя бы осквернить молитву во время ее совершения помыслами, мечтаниями, действиями. По этой причине во время молитвы должно отвергать все помыслы как хорошие, так и плохие, ибо во время молитвы все помыслы являются плохими, как отвлекающие от молитвы. Действуют бесы во время молитвы и тем, что возбуждают разные греховные пожелания, которые до молитвы и не являлись в нас. Это делается для того, чтобы привести молящегося в недоумение и уныние, вселяя в него мысль, что нет никакой пользы от молитвы. Зная это, молящийся не должен оставлять молитву, а усерднее трудиться в ней, зная, и то, что трудно сначала, но потом становится легче, потому что и страсти уменьшаются, и бесы постепенно отходят, так как молитва их жжет. Правда, последние, если сами не могут мешать непосредственно, то подбивают на это людей. «Так, они подучают человеков, – поясняет св. Игнатий Брянчанинов, – вооружаться на делателя молитвы, осуждать его за странность поведения, за скудость полезной деятельности, – обвинять в праздности, лицемерстве и пустосвятстве, – приписывать ему намерения злые и коварные, действия порочные, – нарушать и возмущать его безмолвие, – принуждать к занятиям, противоположным его жительству, сопряженным с развлечением, рассеянностью, с нарушением сердечного мира»[32].

Св. апостол Павел заповедовал быть «в молитве постоянными» (Рим.12:12), почаще понуждая ум входить в молитвенное занятие. Это не так просто делать, ибо как объясняет св. Игнатий: «Не любит преступник – ум наш – темницы молитвенной; ему нужна безумная свобода; с насилием надо влечь его в темницу, в узы; без того не укротится, не возвратится к здравому смыслу беснующийся. В свое время, когда он укротится, сделается тих, как Ангел, – выйдет ему навстречу сердце со всеми душевными силами, как с чадами, со всеми телесными способностями, как с рабами, – и бывает мир дому тому, святый мир от пресвятаго Господа»[33]. А до этого ему нужно трудиться. Отсюда и необходимость в продолжительности совершения молитвословия. Церковная история предоставляет нам примеры совершения очень продолжительных молитв. По преданию св. Симеон Дивногорец пропевал псалтирь в продолжение всей ночи. Об авве Арсении сказывали, что по вечерам в субботу на воскресный день он становился спиной к солнцу и, подняв руки свои к небу, молился до того времени, как солнце начинало светить ему в лицо, после чего он садился. Авва Дула рассказывал о своем учителе преподобном Виссарионе: «Вошел я к нему в келью и застал его стоящим на молитве. Руки его были простерты к небу, и он оставался в этом подвиге четырнадцать дней»[34]. Сам же Виссарион рассказывал, что сорок дней и сорок ночей провел в молитве без сна[35]. Но как объясняет св. Игнатий Брянчанинов, «продолжительность молитв угодников Божиих – не от многоглаголания, но от обильных духовных ощущений, которые являются в них во время молитвы, обилием и силою этих ощущений уничтожается, так сказать, время, отселе преобразуясь для святых Божиих в вечность»[36]. По этой причине они не замечают времени, как бы переходя в состояние вечности. Нам же необходима продолжительная молитва затем, чтобы, как говорит св. Иоанн Кронштадтский, «продолжительностью усердной молитвы разогреть наши хладные, в продолжительной суете закаленные сердца. Ибо странно думать, тем более требовать, чтобы заматеревшее в суете житейской сердце могло вскоре проникнуться теплотою веры и любви к Богу во время молитвы. Нет, для этого нужен труд и труд, время и время»[37].

Но не будем забывать, что все достоинство молитвы определяется не количеством времени и молитвословием, а качеством ее совершения. Св. Игнатий Брянчанинов считает, что достоинство молитвы состоит единственно в качестве, а не в количестве, и «тогда похвально количество, когда оно приводит к качеству. Качество же истинной молитвы состоит в том, когда ум во время молитвы находится во внимании, а сердце сочувствует уму»[38]. Чтобы этого легче было добиться св. Феофан Затворник дает такой совет: «Если какое слово молитвы сильно подействует на душу, остановись на нем и не читай далее, стой на этом месте вниманием и чувством, напитай им душу свою, или теми помыслами, которые оно будет производить, не разоряй этого состояния, пока оно не пройдет само – это знак, что дух молитвы у тебя начинает внедряться»[39].

И еще, молитва – это духовный барометр, показывающий насколько душа наша духовна. По-другому, молитва – это дыхание духа и если есть она, значит дух наш живет, а если ее нет, значит нет и жизни духовной. Таким образом, молитва указывает на бытие духовное и показывает меру этого бытия. Св. Игнатий Брянчанинов сравнивает Бога с солнцем, и как солнце испускает лучи, так и «Бог испущает лучи невидимые, но познаваемые явственным ощущением души: они исполняют сердце чудным спокойствием, верой, мужеством, кротостью, милосердием, любовью к ближним и Богу»[40]. Поэтому, как умоляет сам Господь, «придите ко Мне, все труждающиеся под игом страстей, в плену у падшего духа, обремененные различными согрешениями, и Аз упокою вы. Возьмите иго Мое на себе и обрящете покой душам вашим. Иго бо Мое благо, как способное исцелять от согрешений и самых великих и бремя мое легко есть!» (Мф.11:28–30)

[1] Св. Иоанн Златоуст. Творения. Т. 2. Кн. 1. Беседы о покаянии. 3. § 4. С. 331.

[2] Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 1. С. 138.

[3] Там же. С. 153.

[4] Св. Иоанн Кронштадтский. Полное собрание сочинений. Т. 5. Моя жизнь во Христе. С. 283.

[5] Там же. С. 360–361.

[6] Св. Иоанн Кронштадтский. Полное собрание сочинений. Т. 4. Моя жизнь во Христе. С-Пб. 1994. С. 12.

[7] Преп. Иоанн Лествичник. Лествица. Сл. 28. Гл. 26. С. 238.

[8] Там же. Сл. 27. Гл. 68. С. 231.

[9] Св. Феофан Затворник. Краткие мысли на каждый день года. Нед. 22-я. по Пятидесятницы. Среда. М.: Правило веры. 1997. С. 151.

[10] Преп. Серафим Саровский. О цели христианской жизни.

[11] Св. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Сл. 5. С. 26.

[12] Св. Симеон Новый Богослов. Творения. Т. 2. Сл. 68. О трех образах внимания и молитвы. С. 179.

[13] Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 5. Гл. 19. С. 98.

[14] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. VII. 1063. С. 24.

[15] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. II. 256. С. 94.

[16] Преп. Иоанн Лествичник. Лествица. Сл. 28. Гл. 13. С. 236.

[17] Св. Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться? Письмо 48. С. 177.

[18] Там же. С. 177.

[19] Св. Игнатий Брянчанинов Т. 5. Гл. 18. С. 96.

[20] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. V. 763. С. 16.

[21] Св. Игнатий Брянчанинов. Собрание писем. 268. С. 514.

[22] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. III. 487. С. 154.

[23] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. VI. 967. С. 82.

[24] Там же. С. 83.

[25] Авва Матой. Отечник. С. 286.

[26] Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 2. С. 175.

[27] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. II. 249, 250. С. 77–78.

[28] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. VI. 947. С. 20–21.

[29] Св. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 48. С. 198.

[30] Достопамятные сказания. Об авве Агафоне. 9.

[31] Преп. Антоний Великий. // Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 5. Гл. 48. С. 354.

[32] Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 1. С. 157.

[33] Св. Игнатий Брянчанинов. Собрание писем. 158. С. 296.

[34] Достопамятные сказания. 4. С. 51.

[35] Древний Патерик. Гл. 7. § 4. С. 8.

[36] Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 1. С. 150.

[37] Св. Иоанн Кронштадтский. Полное собрание сочинений. Т. 4. Моя жизнь во Христе. С. 11.

[38] Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 2. С. 163.

[39] Св. Феофан Затворник. Собрание писем. Вып. II. 227. С. 36.

[40] Св. Игнатий Брянчанинов. Т. 2. С. 166.

Иерей Вадим Коржевский. «Беседа о молитве» из книги «Пути спасения христианина».